Перевод catherine howard s fate

Из Blackmore s Night Catherine Howard s Fate

Глава из моих «Переводов Blackmore`s Night» http://www.proza.ru/2009/05/16/243

— XII —
Catherine Howard’s fate

Oh, to my dearest ruler and lord
Merciful husband
Noblest of kings.
Your heart of gold has long since tarnished
In my champers
What will the morning bring?
What it my heart that doth betray me
Cause I loved more than one man?
Is it true your wear a wounded spirit?
Pray let me mend it and make our love anew.
Allow me to be your humble servant
Once again, as before.
Are you like the others, so quick to judge
And for this the queen must fall
What is my heart that doth betray me
Cause I loved more than one man?
Truth within the writings of a letter
Signed and sealed poor Catherine Howard’s fate.
Truth within the writings of a letter
Signed and sealed poor Catherine Howard’s fate.

Судьба Катарины Ховард

Дорогому мужу и королю,
Знатному лорду и повелителю.
Сердце опустело, золото — сошло,
В моей темнице будет ли светло?

Станете ли, милый, мне не господин,
Если обладали мной не вы один?
Правда ли, что болью давит сердце грусть
И прежних чувств я от вас уж не дождусь?

Разрешите снова быть вам женой,
Не осуждайте строго, как любой другой.
Или ту, кто любит, бросите так,
Любовь и нежность — все теперь пустяк?

Правда в этих строчках, что писала я,
Катарина Ховард, и раба твоя.
Правда в этих строчках, что писала я,
Кэтрин Ховард, и раба твоя.

Голос Королевы рассказывает нам о судьбе женщины времен средневековья. В те времена для женщины совсем не редкостью было провести последний день своей жизни в темнице, а поутру — принять смерть на костре. Угрозы именно так умереть не избежала и Леди Джиневра: за то, что королева не была сожжена на костре (за доказанную вину — супружескую измену), рыцари Круглого стола раскололись на два враждующих лагеря. Одни остались в союзниках сэра Ланселота Озерного, силой увезшего королеву из Камелота. Другие рыцари стали защищать интересы короля. И развернувшиеся вслед за тем военные действия привели к смерти Артура и гибели многих его славных рыцарей.

Катарина Ховард — реальное историческое лицо, вот что рассказывается о её судьбе (*из англ. Вики):
«Кэтрин Говард (ок. 1524 — 13 февраля 1542) была пятой женой Генриха VIII, короля Англии, иногда её аллегорически называют «Розой без шипов». Дата и место рождения Кэтрин неизвестны (возможно, графство Дарем, 1521 — 1525 гг.) Она была дочерью лорда Эдмунда Говарда, младшего сына герцога Норфолкского. Генрих женился на Кэтрин 28 июля 1540 года, почти сразу же после анулирования брака с Анной Клевской. Через два года брака Кэтрин была обезглавлена, по обвинению в измене мужу.

Кэтрин Говард была четвёртым ребёнком лорда Эдмунда Говарда. Точная дата её рождения неизвестна, где-то после 1520-го, но до 1527гг. Она была племянницей Элизабет Говард, матери Анны Болейн, Джорджа Болейна и Мэри Болейн. Кэтрин была внучкой герцога Нарфолского, аристократкой. Но её отец, будучи младшим сыном в большом семействе, не был богат. И часто просил о протекции своих влиятельных родственников. Его племянница, Анна Болейн, предоставила ему правительственную работу, в Калле.

Тогда юную Кэтрин отослали под попечительство не родной бабушки, Агнес Тилни, вдовствующей герцогини Норфолка.
В Ламберте Вдовствующая герцогиня Норфолка управляла большим феодальным поместьем, со множеством слуг, опекала многих бедных родственников. В средневековье воспитание знатных детей в чужих арристократических домах — было традицией. Такое воспитание не отличалось глубиной.

Кэтрин не была настолько же образована, как другие жёны Генриха VIII, хотя всегда проявляла стремление к знаниям, к чтению и письму. Современники описывают её, как довольно живую девушку,не как набожную и учёную. Ещё в доме бабушки, в атмосфере довольно безнадзорного воспитания, Кэтрин увлеклась учителем музыки, Генри Маноксом, и, в возрасте от 11 до 16 лет (приблизительно в 1536 году) , вступила с ним в связь. Когда Кэтрин стала королевой, Манокс был назначен придворным музыкантом, и, позже, свидетельствовал об их связи в суде.

Это увлечение закончилось в 1538 году, когда Кэтрин стала терпеть домогательства со стороны секретаря бабушки, Фрэнсиса Дрэхема. Позже они так обращались друг к другу, словно были муж и жена. Дрэхем, например, поручал Кэтрин хранение своих денег, когда он уезжал куда-нибудь по делу. Фрейлины герцогини, соседки по комнате Кэтрин, и другие слуги, знали об этих отношениях, которые, очевидно, были закончены, когда до герцогини дошли некие слухи о поведении её внучки. Несмотря на неодобрение герцогини, Кэтрин и Фрэнсис, возможно, хотели пожениться после его возвращения из Ирландии.

Дядя Кэтрин нашёл ей место при королевском дворе, в качестве молодой привлекательной фрейлины при новой жене Генриха Анне Клевской. Кэтрин быстро попала в поле зрения короля, который поначалу был очень привязан к Анне. Родственники Кэтрин сомневались в её способности привлечь короля, стать его любовницей, говорили, что она недостаточно опытна и умна для этого. Она ведь была малообразованна, и не так уж ярка. Но другие факторы оказали своё влияние в данной ситуации. Родственная связь семьи Говардов с Анной Болейн (семья Болейн были единственными протестантами среди Говардов), семья рассматривала Кэтрин, как человека, который может вернуть Англии истинную веру. Поскольку внимание короля к их родственнице возросло, вырос и авторитет семьи. Генри оказывал семье милости (даровал земли), дарил богатые ткани Катрин.

Когда король Генрих так поспешно аннулировал свой брак с Анной Клевской (9 июня 1540 года), пошли слухи, что Кэтрин беременна. Генрих и Кэтрин заключили брак спустя три недели, после того, как король расторг узы брака с Анной, в июле 1540. Генрих спешил обеспечить трон здоровыми сыновьями, ибо у него был только один сын Эдвард (позже Эдвард VI). Королю было около пятидесяти, он сильно полнел, терял свою былую привлекательность, и забрасывал свою молодую невесту драгоценностями и фантастическими подарками. Война с Францией и английское протестанство стоило Генриху доверия людей, он уже страдал от многих болезней. Молодая и как будто бы добродетельная жена привнесла в его жизнь счастье. Король был на тридцать лет старше Катрин, но она как будто бы избрала свои девизом — подарить ему счастье и любовь.
Но, несмотря на власть и богатства, Кэтрин всё же находила свои супружеские обязанности малопривлекательными. Она не забеременела после заключения брачного союза, и тяготилась тучностью супруга. Король весил приблизительно сто сорок килограмм. Изо рта Генриха уже исходило зловонное дыхание больного человека, на его бедре постоянно точилась гноем язва. В начале 1541 года у Кэтрин завязался легкомысленный роман с одим из обласканных придворных Генриха, Томасом Калпепером, на которого она обратила внимание ещё два года назад, только прибыв ко двору.
Генрих и Кэтрин совершили поездку по Англии в 1541 году, и поддерживали супружеские отношения, ждали только беременности Кэтрин, чтобы она была коронована. Однако, и внебрачные отношения королевы также развивались. И она вынуждена была покупать молчание иных свидетелей, вводить их в штат своих слуг. Наиболее неосмотрительным её решением было приблизить ко двору и к себе Генри Мэнокса, в качестве одного из музыкантов, и Фрэнсиса Дрэхэма, как личного секретаря. Этот просчёт привёл её к обвинению в измене после двух лет брака с королём.

К концу 1541 года закончилось утверждение протестанства в Англии, и неосмотрительность Кэтрин скоро была предана огласке протестанским реформатором Джоном Лэсселзом, сеcтра которого, Мэри Холл, служила горничной в доме вдовствующей герцогини. Мэри засвидетельствовала сексуальные связи Кэтрин. Лэсселз предоставил информацию Томасу Крэнмеру, в то время архиепископу Кентерберрийскому, близкому советнику короля.
Крэнмер, зная что любой предварительный контракт с Драхэмом лишил бы занность брака Кэтрин и короля, подал Генриху письмо с обвинениями в адрес его жены, 2 ноября 1541 года, во время мессы в день поминовения усопших. Генрих поначалу оказывался верить, считал письмо подделкой, просил, чтобы Крэнмер расследовал это дело. В течение нескольких дней подтверждающие доказательства были найдены, королю также предоставлены были свидетельства Дрэхэма и Кулпепера, — после того как оба были подвергнуты пыткам в Тауэре. И любовное письмо Кэтрин Кулпеперу.
Кэтрин была обвинена в измене, но никогда не признавала своей вины. Она признавала, что ей поведение до брака было легкомысленным, несоответствовало её аристократической фамилии, не говоря уж о чести королевы Англии.
Есть легенда, что Кэтрин удалось ускользнуть из своей комнаты (в которой она была заперта), удалось пройти мимо охраны и прибежать в часовню, где король слушал мессу. Она барабанила в дверь, выкрикивая имя супруга, и с тех пор, по легенде, в часовне можно слышать эти крики — её призрака. В конце-концов стража её поймала, заперла в комнате в Хэмтон-Корте, под надзором лэди Рочфорд. Но это лишь легенда, есть большое сомнение в её подлинности. Крэнмер велел удалить из комнаты королевы все предметы, которыми Кэтрин могла бы совершить самоубийство, так как нашёл её очень жалкой и потерянной, в момент обвинения в измене. Её просьбы увидеться с королём были проигнорированны.
Кэтрин отрицала наличие любого предварительного брачного контракта с Дрэхэмом, заявляя что тот её попросту изнасиловал.

Кэтрин была лишена титула королевы 23 ноября, и заключена в тюрьму в Мидлсексе зимой 1541 года. Кулпепер и Дрэхэм были жестоко казнены, как изменники. По традиции, головы их были выставлены на всеобщее обозрение на Лондонском мосту. Родственники Кэтрин также терпели гонения, кроме её дяди Томаса, герцога Норфолкского, который сумел остаться в стороне от этого дела. Всех Говардов судили, признали виновными в сокрытии измены, заключили в тюрьму и лишили имущества. Со временем, однако, они были освобождены и восстановлены в правах.
Кэтрин окончательно признали виновной в супружеской измене и присудили к смертной казни, исполнение которой было намечено на 13 февраля, в семь утра.
Ночь перед казнью Кэтрин не спала. Она встретила свою смерть достойно, хотя казалась бледной и испуганной, и ей потребовалась помощь, чтобы подняться на помост. В своей речи она признала наказание «достойным, и только», попросила милосердия для своей семьи, просила молиться о её душе. Народные песни влагают в её уста последнее признание в любви Кулпеперу, но неизвестно было ли так на самом деле. Кэтрин отсекли голову, и её тело похоронено в неизвестной могиле, близ часовни св. Петра, там же, где упокоилась её кузина, Анна Болейн. Король Генрих не видел этой казни.
Франциск I Французский написал королю письмо (по поводу казни Катрин) с сожалениями о «непристойном поведении Королевы», замечая, что «легкомысленность женщин не может повредить чести их мужей».

С исторической точки зрения судьба и личность Катарины не так интересна, как личность Анны Болейн, её кузины, вызвавшей целое преобразование в Англии. О Кэтрин написаны две современные биографии — «Трагедия Тюдоров» (1967, Л.Б.Смит) и «Кэтрин Говард: заговор Тюдоров» Джоанн Денни (2006). И та и другая книги с сочувствием повествуют о судьбе Кэтрин, хотя в них есть расхождения по-поводу характера девушки, и в некоторых других важных вопросах (дата рождения, и т.д.). Её биографию разбирали в своих публикациях Элисон Уир «Шесть жён Генриха VIII» (1991), и Дэвид Старки (2004).
Некоторые авторы были настроены весьма критически в отношении Кэтрин. Лэйсли Болдуин Смит описал её жизнь, как «гедонизм», говорил о ней как о «юной преступнице». Элисон Уир (1991) считает её «легкомысленной распутницей».

Портреты Кэтрин Говард

После того, как Катарина была казнена, семья убрала её изображение из семейной портретной галереи, потому что Генрих так никогда и не простил её вероломство.
На портрете Гольбейна на Кэтрин тот же самый большой драгоценный камень (брошь?), какую можно увидеть на Джейн Сеймур в групповом портрете Гольбейна, в Вене. Существовали драгоценности, которые могли принадлежать только короне, и никому лично. И нет никаких других портретов Катарины, чтобы сравнить изображения.
В течение многих столетий картина Ганса Гольбейна была, как полагали, портретом Катарины Говард. Теперь некоторые историки сомневаются, что на портрете изображена Кэтрин. Есть предположение, что на данном полотне изображена сестра Джейн Сеймур, Элизабет Сеймур. Женщина имеет заметное сходство с Джейн, особенно в области подбородка, и носит одежду вдовы, которую Кэтрин никогда на себя не примеряла. Кроме того возраст изображённой девушки где-то двадцать один год. Но Кэтрин не достигла своего двадцать первого дня рождения, даже если брать самую раннюю из предполагаемых дат (1520 — 21гг. ). Другая версия говорит о том, что, возможно, это портрет шотландской племянницы Генриха, леди Маргарет Дуглас.

Фильмы
Первый фильм в 1926 г. немое кино, с Габриэль Мортон.
«Личная жизнь Генриха VIII», 1933, комедия нравов, где Кэтрин намеревается честолюбиво обольстить короля, но в итоге влюбляется в очаровательного и любезного, преданного Томаса Кулпепера.
В 1970г. выходит драма на Би-би-си, одна из частей «Шести жён Генриха VIII». В этой версии Катарина показана как эгоистичная гедонистка, которая пользуется наивностью Кулпепера, ради собственной беременности, необходимой ей как королеве.
В 1973 году, напротив, Линн Фредерик сыграла роль Катарины с большим сочувствием к ней, выдвинув на первый план её молодость и положительные качества характера.
В 1998 Эмилия Фокс сыграла Кэтрин в «Кэтрин Говард» в Чичестере, Англия, и позже сыграла третью жену Генриха, Джейн Сеймур, в драмме 2003 года «Генрих VIII».
В 2001 году Мишель Абрахам сыграла Кэтрин в документальном фильме доктора Дэвида Старки о жёнах короля Генриха.
В 2003 году Эмили Блант в драмме «Генрих VIII», сыграла Кэтрин с большим сочувствием к её судьбе, фильм сфокусирован на любовных приключениях Кэтрин. Её супружеская измена объясняется, прежде всего, желанием родственников видеть Кэтрин беременной.
В очередной версии рассказа о судьбе этой женщины (2009 год) Кэтрин показана ветренной и добродушной, не без авантюрности, но жизнерадостной девушкой.

История Катарины Говард нашла своё отражение в современных романах «Королевская Роза» Алисы М. Либби, «Murder Most Royal and Rose Without a Thorn» Jean Plaidy, «The Boleyn Inheritance» Philippa Gregory, «Vengeance Is Mine» Brandy Purdy, затрагивающая вопросы веры и католицизма трилогия «The Fifth Queen» Ford Madox Ford, в песне «Судьба Екатерины Говард» группы Blackmore’s Night, пьесса «Роза без шипов» (2008г) написанная Гарри Денфордом, книга «Ошибка королевы» «The Queen’s Mistake» Diane Haeger, «The Tudor Wife» Emily Purdy, в песне «Marry Me» от Emilie Autumn.»

С конца XVI до второй половины XVIII века, в течении почти четырех столетий во всех странах Европы не переставали пылать костры инквизиции. Женщине достаточно было быть просто красивой, чтобы уже попасть под подозрение в занятии колдовством. Поэтому знатные женщины во времена средневековья передвигались по улицам, чаще всего, в носилках, или скрывали свое лицо под маской.

“В Германских Альпах народная традиция изображает ведьму, как женщину, которая благодаря употреблению разных снадобий и отваров из трав на долгие годы сохраняет красоту и свежесть. Ведьмы, собирающиеся на свои тайные сходки в горах и лесах, в сказках Сербии, Словакии, Польши, Украины также нередко красивы и молоды.
О кельтских, французских и английских феях, которые по своему колдовскому искусству не уступали немецким ведьмам, известно, что обычно они были писанными красавицами, но в “один день в году” вынуждены принимать безобразный отталкивающий облик.
Представление, будто бы ведьмы (и феи) одновременно и стары и молоды, возможно говорит лишь о том, что “глубокий возраст” – есть символ древности традиций. А молодой и прекрасной женщиной ведьму (фею) описывали, чтобы показать силу ее колдовских чар.

Культ ведьм очень древний. Ученые XIX века напрасно пытались найти какие-то односторонние германские, славянские, кельтские, античные либо семитско-восточные корни этого культа. Приходилось с удивлением констатировать, что этот культ существовал в культуре всех народов. Современные общества ведьм, Которых НЕМАЛО, прежде всего, в АНГЛОЯЗЫЧНЫХ странах, направляют паломников, в частности, к наскальным рисункам в долине Камоника, в Северной Италии, пытаясь там отыскать истоки.
Профессор психиатрии из Нью-Йорка говорит, что в конце средневековья церковь объявила ведьмой, подлежащей уничтожению, любую женщину, “которая осмеливалась заниматься врачеванием, не имея соответствующего диплома.”” (с. 232 “Э.С.”*)

Но обратимся к источнику, процитируем несколько отрывков из “Молота ведьм”, заключения самих отцов католической церкви о женщинах:
“О хороших женщинах идет большая хорошая слава. Они делают мужчин счастливыми и спасают народы, страны и города. Всем известны высокие поступки Юдифи, Деворы и Эсфири. Поэтому апостол в 1 послании к коринфянам говорит: «если женщина имеет мужа, и он хочет с ней жить, то она не должна уйти от него. Неверующий муж освящается верующей женою.” В книге сына Сирахова (гл. 25) читаем: “Блажен муж хорошей жены, и число дней его — сугубое.” Много похвального говорит он там на протяжении всей главы о хороших женщинах.

Когда женщин хулят, то это происходит главным образом из-за ее ненасытной страсти к плотским наслаждениям. Такова женщина на которую горько жалуется церковь и о которой Экклезиаст (гл. 7) говорит следующее: “Я нашел, что женщина горче смерти, она — петля охотника. Ее сердце — тенета, а руки — оковы. Кто угождает Богу — тот ее избегает. Грешник же будет ею уловлен”

Все совершается у них от ненасытности к плотским наслаждениям. Вот они и прибегают к помощи дьявола, чтобы утишить свои страсти. Можно было бы сказать об этом подробнее. Но для разумного человека и сказанного довольно, чтобы понять, почему колдовство более распространено среди женщин, чем среди мужчин.

Какие женщины главным образом предаются колдовству?
Относительно этого надо сказать следующее. Среди скверных женщин господствуют три главных порока, а именно: неверие, честолюбие и алчность к плотским наслаждениям. Эти-то женщины и предаются чародеяниям. Последний среди указанных пороков особенно распространен среди подобных женщин. Согласно Экклезиасту, он ненасытен. Поэтому чем больше человеколюбивые и иные женщины одержимы страстью к плотским наслаждениям, тем безудержнее склоняются они к чародеяниям. Таковыми являются прелюбодейки, блудницы и наложницы вельмож.”* (Я.Шпренгер, Г.Инститорис “Молот ведьм”, с.126 Саранск, 1991 *)

Героиню этой песни “когда заблещет утро” ждет костер. Это красивая, трогательная стилизация письма. Такая необычная форма делает текст особенно близким слушателю, сентиментальность, трогательность повествования заставляют глубоко сочувствовать героине. Минорная тональность музыки — подчеркивают силу душевного напряжения молодой женщины. Ударное сопровождение здесь сходно по ритму с ударами сердца, они звучат приглушенно, трагично. Голос женщины (Королевы — как мы узнаем из самого повествования) озвучивает письмо, но голос мужчины (или Короля) — выражает сама музыка. Это — дарованное им прощение…, такое несвойственное для сеньора и господина средневековья, и глубоко искреннее.

С историей Кэтрин, судя по всему, связана ещё одна известная песня: «Ричи объясняет смысл песни Ghost Of A Rose Видение Розы (четвёртый альбом группы):
«В пятнадцатом веке в Великобритании правила династия Тюдоров. Их гербом была красно-белая Роза Тюдоров (*символ примирения двух враждующих королевских династий — Йорков и Ланкастеров). В этой песне мы поём о привидении в их фамильном доме и, тем самым, отдаём дань этому периоду истории. Кстати, эта песня была написана под влиянием английского композитора Эдварда Элгара. Кроме того, эта песня повествует о связи реального мира с паранормальным, об охоте на привидения и парапсихологии. О вещах, которые управляют нашим сознанием». (* http://rainbowrising.narod.ru/ )

Иллюстрация к статье — портрет Катарины Говард кисти Ганса Гольбейна Младшего

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Оцените автора
( Пока оценок нет )
Как переводится?
Adblock
detector