Язык города как лингвистическая проблема

Основные направления в изучении языка города

Следующий возможный подход к изучению языка города можно назвать коммуникативно-прагматическим.

Чрезвычайно важным и продуктивным для разработки проблемы «язык — культура» оказа­лось распространение идей семиотики. С семиотических позиций любой феномен культуры, в том числе язык, может быть интерпретирован как знаковая система, т. е. трактоваться как сво­его рода текст, ср.: «. под текстом понимается не последовательность написанных или произ­несенных слов, а некая последовательность действий, и обращения к предметам, имеющим символический смысл, и связанная с ними речевая деятельность. Считая, например, обряд та­ким текстом, выраженным семиотическим языком культуры, мы выделяем в нем три формы, три кода или три стороны языка — вербальную (словесную — слова), реальную (предметную — предметы, вещи) и акциональную (действенную — действия)» [Толстой 1991, с. 12]. Расши­рение понятия текста до границ культуры характерно для многих современных исследований [Лотман 1993; Лотман 1993а; Топоров 1983; Топоров 1995; Успенский 1994]. Язык, являясь неотъемлемым компонентом культуры, рассматривается тем не менее как самостоятельный объект.

Сопоставление языка и культуры позволяет увидеть определенный изоморфизм исследуе­мых феноменов. При этом тип культуры может соответствовать тому или иному подъязыку в рамках общенационального языка, т. е. культурная стратификация может быть соотнесена со стратификацией языковой. Ср: «Сравнение культуры и языка вообще и в особенности кон­кретной национальной культуры и конкретного языка обнаруживает некий изоморфизм их структур в функциональном и внутрииерархическом (системно-стратиграфическом) плане.

1. литературный язык — элитарная культура

2. просторечие — «третья культура»

3. наречия, говоры — народная культура

4. арго — традиционно-профессиональная культура.

При рассмотрении предложенной системы языковых и культурных стратов представляется важным учитывать форму существования вербального текста

— письменную или устную. Устные тексты как феномен культуры являются пред­метом анализа в работах по этнолингвистике и диалектологии (Ср. [Этнографиче­ское изучение знаковых средств культуры 1983; Пауфошима 1989; Никитина 1993; Никитина 1997] и нек. др.). В подобных случаях в поле зрения исследователей по­падают прежде всего факты традиционной народной культуры. В последние годы в культурологическом аспекте начинает изучаться современная устная городская речь. (См., например, работы: [Человек — Текст — Культура 1994; Китайгород­ская, Розанова 1996а; Русская разговорная речь как явление городской культуры 1996].) Развитие данной области исследований позволит описать целый пласт со­временной городской культуры, в том числе и низовой.

Форма существования (письменная/устная) влияет на внутреннюю стратифика­цию языковых и культурных слоев (см.

Многие жанры городской культуры существуют на стыке устной и письменной форм. Специфика современной городской коммуникации и определенная соци­ально-политическая ситуация 60-80-х годов обусловили появление и распростра­нение нового типа художественного творчества, ориентированного на реализацию преимущественно в устной форме. Художественные произведения данного типа вошли в культурный обиход и продолжают существовать в виде магнитофонных записей. Таковы монологи писателя-сатирика Михаила Жванецкого, песни Булата Окуджавы [Карабчиевский 1995], Александра Галича, Владимира Высоцкого [Ки­тайгородская, Розанова 1993].

Культурологическую ценность имеют также записи устной городской «нехудо­жественной» речи. Их социокультурная значимость определяется как собственно языковыми характеристиками, так и содержательными достоинствами. Записи устных текстов представляют интерес в лингвистическом плане как «образцы» разных типов речи, по ним можно проследить динамику современной литератур­ной нормы [Китайгородская, Розанова 1995]. Тексты фиксируют уходящие в про­шлое языковые феномены (например, старое московское просторечие), стереоти­пы речевого поведения горожан (внутри семьи, на работе, на улице) и смену этих стереотипов, отражают формирование новых жанров современной городской

коммуникации (ср., например, язык современной улицы, речь на митингах [Китай­городская, Розанова 1995а]).

В данной работе авторы стремились объединить все названные выше подходы к изучению языка города, что обусловлено конкретными задачами исследования: представить записи устной речи горожан, отражающие ее функциональные разно­видности и многообразную жанровую специфику. При таком подходе устный текст представляет собой своего рода синхронный срез культурной жизни города.

Источник

Язык города как лингвистическая проблема

1 Б. В. КРАСИЛЬНИКОВА Институт русского языка АН СССР Язык города как лингвистическая проблема В русском языкознании определены два направления изучения языка города, которые можно было бы назвать социологическим и лингвогеографическим. Теоретиком первого направления был Б. А. Ларин, обративший внимание лингвистов на то, что между двумя областями, постоянно привлекавшими исследователей, письменным литературным языком и устными диалектами остается зазор, в котором помещаются малоизученные области городской речи: «городской фольклор, неканонизованные виды письменного языка, разговорная речь разных групп городского населения»1. Поставленные Б. А. Лариным задачи комплексного изучения языка города группировались вокруг двух основных аспектов: 1) в какой мере социальное членение городского коллектива, характер социальных взаимодействий внутри него отражаются в лингвистическом членении языка города и языковой компетенции разных групп горожан (‘«.Можно ли думать, что в городе столько.диалектов, сколько профессий или социально-экономических категорий?»2); 2) каковы взаимоотношения литературного языка с нелитературными образованиями, составляющими его непосредственное окружение; каковы взаимоотношения разных подъязыков (меж ду подъязыками, например арго и литературным языком, могут отсутствовать отношения полной переводимости; подъязыки подчинены иерархии престижности; отмечалась требующая изучения тенденция к интеграции разных подъязыков города, подчеркивалась роль города как базы формирования литературного языка). При этом среди социальных факторов учитывался не только сложный социальный, а иногда и неоднородный национальный состав городского населения, но и многообразие социальных функций, свойственных горожанам, и то, что каждый горожанин входит в несколько социальных объединений и. следовательно, владеет более чем одним подъязыком. Был сделан общий вывод: «языковое разнообразие города двояко: 1) оно не только во встрече разноязычных коллективов (будем называть это многоязычием города), но еще и 2) в многообразии языковых навыков каждой группы. т. е. в двудиалектности и многодиялектности, в зачаточном и совершенном полиглотизме горожан»3. В последние годы, как известно, были накоплены значительные объемы записей городской разговорной речи, выработаны новые представления о соотношении книжно-письменного языка и устно

3 шой вес двум факторам: территориальному и фактору пола (а н а лиз речи женщин и мужчин показал следующую закономерность: если в речи мужчин наблюдается какая-либо определенная тенденция, то в речи женщин обнаруживается тенденция, ей противоположная или неопределенная12). На современном этапе научных исследований оба названные направления остаются весьма актуальными. Но развитие теории коммуникации, функциональной лингвистики, теории речевых актов подводит к новому взгляду и на язык города как на сложноструктурированное коммуникативное целое. Актуальной становится задача понять специфику города как целостного объекта лингвистического изучения. «Город представляет из себя сложное единство, включающее природные факторы, материальные объекты, создаваемые человеком, и самих лю дей»13. В этом определении выделены все материальные объекты, составляющие город, поэтому оно является исходной базой для множества конкретных определений города, создаваемых в контексте специальных наук. В них с обязательностью появляются признаки, связанные с формами социального существования человека и его деятельностью. Город это народно-хозяйственный объект, социально-экономический комплекс, архитектурное образование. Д ля социолога город это особая структура социальных групп и социальных отношений, особый образ жизни: «замкнутый цикл связей «труд быт отдых», особая структура коммуникации массовой и индивидуальной. Для лингвиста на первый план выдвигается особая структура языковой коммуникации. При этом изучение языка города находится в общем контексте подхода, который определяется требованием «всегда брать язык не как изолированное явление, а как явление, действующее в обществе с полным внеязыковым контекстом»14, подхода к языку как деятельности. В рамках изучения «языкового существования»15 японские ученые проводили сплошное обследование говорения и слушания, чтения и письма многих лиц и далее выясняли зависимость объема и характера речевой практики от профессии, социального положения и других характеристик. Описание функционирования языка в городе, очевидно, должно включать в себя такого рода сведения о разных возрастных и социальных группах горожан, но не может этим ограничиваться, если конечная цель его не ф рагментарное, а системное описание, если ведущим является отношение к городу как «единому организму» (образ К. М аркса). Основными составляющими процесса коммуникации являются: участники коммуникации (отправитель адресат), содержание коммуникации, средства коммуникации. Анализируя разные ком поненты, мы должны учитывать, что анализ направлен, во-первых, на выявление специфики города как противоположности деревни, во-вторых, на выявление своеобразия данного города. В связи с последней задачей становится необходимой типология городов: большие малые; новые старые (первые некоторое

4 бремя и по йозраету жителей бывают более молодыми и обычно имеют сметанный состав, вторые имеют историю, потомственных жителей носителей традиций города); с хозяйственной специализацией (однопрофильные) без нее (ср.: города центры науки (академгородки), металлургические, текстильные, курортные и т. п.10). Города могут отличаться стилем жизни с богатой уличной жизнью (например, курортные города, южные города, города с набережными, с большими паркамй) или бедной; с разными временными ритмами жизни (вечер, день); с разным темпом жизни. Лингвистическая типология городов, очевидно, должна строиться с учетом всех достижений современной социологии города, но быть при этом ориентирована на языковые различия чем, например, различается языковая жизнь больших и малых городов. Даже краткие размышления на эту тему позволяют сказать, что число жителей, пространственная протяженность города ограничивают возможности контактов. Для многих современных крупных городов характерна «маятниковая миграция» из пригородов и близлежащих маленьких городков. Наконец, общественные и экономические связи крупных городов с другими городами, превращение их одновременно в транспортные узлы создают постоянный приток иногородних. Все это размыкает коллектив города, делает меняющимся состав лиц, участвующих в коммуникации, разруш ая тем самым у говорящих установки, связанные со стабильной общностью. Те же причины приводят к максимальной стандартизации форм массовой коммуникации, все города должны быть в определенном смысле «как один город». Приезжий должен иметь возможность точно сориентироваться в любом городе (поэтому, например, надписи в городе должны быть стандартными). Следствием этого являются и более резкие контрасты между формами личностной и общественной коммуникации. Большой город не только обладает сложной системой форм коммуникации, но и чрезвычайно специализирует средства, используемые в разных коммуникативных сферах. Вместе с тем именно в большом городе появляются собственные средства массовой коммуникации: радиостанции, телестудии, газеты. Приезжий может ощутить и свою невключенность в коллектив города, читая, например, лозунги с обращениями: Ленинградцы!; Свердловчане! и т. п. Рассмотрим основные формы коммуникации в городе, в которых отражается различное соотношение разных компонентов коммуникации. Исходным является членение: массовая личная коммуникация. В области массовой коммуникации существен дифференциальный признак опосредованности / непосредственности контакта. Газеты, радио, телевидение (местные и центральные или только центральные), надписи на улицах города мы отнесли бы к форме

5 опосредованной коммуникации (контакта нет), отличая этот тип общения от митингов, собраний, торжественных праздников ( н а пример, парадов, демонстраций, ежегодных праздников поэзии). Может быть, целесообразно примкнуть к тем социологам, которые к массовой коммуникации относят только формы опосредованного общения, другие же формы называют публичным общением. При публичном общении возможны более регламентированные и более свободные формы. Массовые (общегородские и др.) официальные собрания проходят обычно по установленной программе и подготовленным текстам. Но в узких коллективах на общественных и производственных собраниях, заседаниях, планёрках, на научных конференциях и симпозиумах, разного рода встречах (с писателем, ученым, героем дня), на обсуждениях книг, устных журналах, во время торжественных мероприятий (связанных, например, с началом или окончанием учебы в школе, вузе, со значительной трудовой победой) степень подготовленности/ спонтанности, официальности / неофициальное колеблется, видимо, очень широко. Мы имеем в виду прежде всего речевое поведение «председателя» и «выступающих». Нестандартными, нерегулируемыми могут быть и реакции аудитории, выделяющей из своего состава выступающих, проявляющей и другую «активность с мест» (например, выкрики). При этом может быть перейдена граница между организованным заседанием с ведущим, следящим за его ходом, и неорганизованным полилогом (напомним характерную реакцию: Кончай базар!), после чего ведущему приходится возвращать ход собрания в строгое русло. Социологи отмечают такое важное различие теле- и радиоаудиторий и аудитории при публичной коммуникации, как контактность / неконтактность. Разъединенность слушающих радио и близость телезрителей, сидящих в одном зале, определяет глубокие различия в их поведении. В первом случае возможны формы осложнения коммуникации контаминации разных форм: слушая радио, можно перекинуться с домашними словом, другим на тему, связанную с радиоинформацией, и на совершенно посторонние текущие бытовые темы. Разговоры у телевизора, громкие за мечания по поводу видимого и слышимого (невозможные в кинозале) также представляют собой форму скрещения разных ком муникативных сфер. Контакт находящихся в одной аудитории также имеет специальные внешние, в том числе языковые, формы выражения. Оратор определенным образом воздействует на а т мосферу восприятия, аудитория может быть наэлектризована, слита в единое целое, но может быть расколота и неединодушна. Есть специфические массовые реакции например, гул в аудитории. Откуда он возникает? Из микроконтактов с соседями, из прорывающихся реакций людей «частиц» аудитории. Таким образом, и здесь наблюдается взаимодействие разных форм ком муникации. Чрезвычайно своеобразным местом публичной ком

6 муникации являются спортивные состязания, прежде всего по футболу и хоккею. Речевое поведение на трибунах исполнено эмоций, часто императивно по характеру. Мы знаем лишь работу Ю. М. Костинскогог/, содержащую наблюдения над характерными типами выкриков болельщиков. Массовая и личная коммуникации могут осуществляться в письменной и устной форме. Н а выбор языковых средств выражения в каждой форме влияет вся совокупность других характеристик коммуникации. Например, слово на вывеске является одной из форм письменной массовой коммуникации. Это наиболее сж атая и экономная форма передачи информации, которая ситуацию (или комплекс ситуаций) свертывает в номинацию. Рассмотрим для примера названия учреждений бытового обслуживания. Это места взаимодействия обслуживающих лиц и клиентов. Типичные ситуации обслуживания таковы: субъект действия совершает действие над объектом, обычно принадлежащим клиенту (Ремонт обуви; Ремонт очков; Химчистка; Вставка змеек в сумки надпись в Одессе); субъект действия совершает действия над клиентом (клиент объект действия в парикмахерской, поликлинике, ателье). Инициатором (каузатором) этих ситуаций выступает клиент, ищущий, выбирающий место обслуживания. Как обозначены соответствующие учреждения? Существует ряд специализированных имен типа «гастроном», «поликлиника», «парикмахерская», «ателье», «прачечная»; в других случаях название включает либо только имя предмета-объекта, либо название действия-f-имя предмета. Наблюдается следующая закономерность. Называние по объекту свойственно преимущественно торговым предприятиям (Хлеб; Соки; Обувь; Книги); этот тип свертывания отличает в современном городе торговые предприятия от других, принадлежащих к сфере обслуживания, при которых обычно называется и само действие (см. примеры выше: ремонт, стирка, чистка и т. д.). Слова «продажа» и «торговля» появляются на вывесках при сезонных и специализированных формах торговли (продажа по сниженным ценам). Возможно, эти случаи отражают новую тенденцию в номинации торговых предприятий тенденцию к «немаркированности» названий. В параллель к современным названиям можно поставить, например, сохраненную для памяти надпись на стене (магазина нет) по улице Новослободской в Москве: «Рыбная и мясная торговля». В послереволюционный период в этой области номинации произошли резкие изменения. До революции на вывесках частных предприятий нередко стояло имя субъекта действия (владельца предприятия): «Сапожник Иванов». Современное обслуживание (понимаемое здесь широко) обычно анонимно. Фамилия клиента сообщается в ряде случаев не для того, чтобы возникло знакомство, а для отождествления вещей (ср. роль квитанции) или различения клиентов (например, при вызове на приеме у врача). И мя исполнителя, обслуживающего лица (например, приемщика в

7 ателье, парикмахера) также часто неизвестно, хотя в последнее время все шире распространяются таблички с именем продавца, слѵжащего сберкассы, кассира, всегда сообщается имя, отчество и фамилия шофера такси ( заметим, что летом в магазинах появляются таблички типа: «Вас обслѵживает студенческий строительный отряд УПИ»). Но эта информация редко активизируется. Имена врачей, закройщиков, напротив, важны в коммуникации, хотя только у немногих возникают с ними отношения личного знакомства (интересны различия в «стилистике» отношений, устанавливающихся у постоянных клиентов с парикмахерами, врачами, а также у родителей с воспитателями детских садов, учителями, связанные со шкалой официальности). Важный грамматический аспект изучения структуры письменной коммуникации составляют отношения номинации и предикации, номинации и текстов (деловых ж анров). Анонимно-безличный стиль коммуникации проявляется в предпочтении номинации: участники безмолвной коммуникации не названы, редуцированы; в предикации возможна некоторая степень их обнаружения. Ср.: «Обувь» и «Мы приглашаем вас посетить новый магазин по продаже обуви». В какой степени возможна т а кая актуализация вне рекламы? В последнее виемя пробивается тенденция усилить «человеческое присутствие». Ср.: «Не курить!» и «У нас не курят»; «Просим не курить». Нужны наблюдения о том, насколько распространены подобные Формы и в каких общественных сферах предпочитаются; появляются ли они на фасадах домов в объявлениях и на вывесках или сохраняются лишь во внѵтпенних помещениях. На вывесках и в приемных залах соответствующих учреж дений обычно содержится и иная информация, пегулиоѵющая отношения предприятия и* клиента: о времени работы, обеденном перерыве, об отдельных операциях. Эти надписи переходят в пространные тексты, касающиеся правил и условий работы, которые вывешиваются обычно внутри предприятия. Итак, мьт коснулись вопроса о возможной актуализации в письменном слове отправителя речи субъекта действия (обычно обобщенного). Заметим, что в устной массовой коммуникации, например в объявлениях по радио, обычно отсутствуют прямые обпащения к неизвестному лицу. Ср. начальный винительный: «Потерявшего документы в нашем магазине просим подойти. » Второй аспект актуализации относится к характеристике ситуации деятельности предприятия и отношений предприятия и клиента. Н а вывеске указывается постоянная специализация учреж дения, ритм его работы. Конкретная сиюминѵтная ситуация м о жет обозначаться на табличках в специальных формулах: Закры то на обед: Учет; Ремонт; Закрыто по техническим причинам; С е годня епектакля нет: Н а сегодня билеты проданы; Санитарный день. Нестандартные ситуации описываются обычно более развернутым предложением, нередко с прямым обращением к клиентам.

8 При нестандартных ситуациях чаще включается устный канал связи, заинтересованные лица чаще ищут контакта с администратором. Таким образом, можно наблюдать разнообразные пер?ходы от одной формы коммуникации к другой. В письменной и устной форме коммуникации может происходить сложное взаимодействие вербальных (языковых) средств коммуникации и невербальных (зрительных изображение; жестовых; слуховых звуковые сигналы в доме и на улице). Как известно, в современном городе произошло резкое сокращение звуковых сигналов: отменены заводские, автомобильные гудки, уменьшилось число часов со звоном, но в Москве сохранились Кремлевские куранты, в Ленинграде полуденный выстрел пушки в Петропавловской крепости; из нововведений в Москве можно отметить лишь звучащие светофоры: при зеленом свете слышны птичьи трели. Приведем лишь один простой пример взаимодействия разных каналов коммуникации. Словесный указатель «Переход» сочетается с разлиновкой улицы, светофором, на перекрестке может стоять милиционер, жестами или жезлом регулирующий движение; перекресток это место и более активной жестикуляции шоферов. Звуковые сигналы в городе, например издаваемые скорой и пожарной машинами, имеют выделительный характер. В целом семиотика городской коммуникации, несомненно, отличается от сельской своей сложностью. В современном городе возникает и такая особая проблема, как взаимодействие человека и автомата. В крупных городах сегодня много разных типов автоматов: газетные, с газированной водой, кассовые на железной дороге, игральные и др. Автоматы обычно снабжены текстами-инструкциями, объясняющими способ коммуникации с ними. Эти тексты интересно изучить с точки зрения того, как в них свертывается ситуация безличного общения. П о скольку автоматы выпускаются промышленным способом и поставляются в разные города, в написании инструкций к ним уже возникли стандарты. В области личной коммуникации можно выделить, вслед за социологами, постоянные и переменные роли говорящего. Постоянные роли связаны с социальным положением, профессией, возрастом, полом, положением в семье. Одновременно горожанин это человек со множеством регулярно повторяющихся переменных ролей: он пассажир, покупатель, клиент мастерской, химчистки, сберкассы и т. п. Один человек должен пройти сквозь множество ролей; их выбор устойчив для городского коллектива, так как существует устойчивый набор соответствующих ситуаций. Перемен ные роли и частотные ситуации обслуживаются в первую очередь городскими стереотипами18. Очень интересен и сложен вопрос о распределении ролей и ситуаций, об оценке их говорящими из разных социальных групп с точки зрения признака официальности/ неофициальности. Возможно, следует ввести и более общий признак общественный / личностный характер общения. Дома и в

9 кругу друзей горожанин вступает именно в личностные контакты, это основные сферы использования бытовой разговорной речи, сферы языкового самораскрытия человека, свободные для речевой экспрессии. Современный город задает жесткие ограничения для «личностного» речевого поведения. Оно замыкается в квартире, уходит за город. Улица, знаменитая раньше своим вольным «языком», в современном развитом городе замолкает. Эмоции сознательно м аксимально сдерживаются; «скандал на улице» редкость; изменение структуры обслуживания привело к тому, что исчезли все приходящие поставщики и специалисты: разносчики, точильщики, кры соловы, у которых были свои сигналы и выкрики, с которыми мож но было также громко переговариваться. В крупных городах изменилась роль двора, который стал тоже более пустым и молчаливым. Сократилась даже дворовая жизнь детей. Где звучит в городе разговорная речь? На прогулке вдвоем и в компании (чаще молодежной), пои встрече на ходу. В очереди, длинном перегоне на транспорте. К чему применимо современное словечко «треп»? Мы знаем, что бытовые разговоры часто ведутся в рабочее время. Поскольку обычно люди связаны долгие годы с одним местом р а боты, оно становится вторым домом и местом глубоких человеческих контактов. Специалисты по разговорной речи уже отмечали, что одни и то же положения по-разному оцениваются разными говорящими. По-разному (официально и неофициально) складывается общение в библиотеке, у врача, у юриста. Разные города могут отличаться по тому, на какие ситуации распространяются официальные / неофициальные установки говорящих. Особый вопрос перевес безличного автоматизма или личностного включения в разных ситуациях общения. Вот что пишет социолог: «Возникновение функционально-ролевых правил общения в городе проистекает по трем причинам. Во-первых, обилие контактов между посторонними людьми вызывает необходимость оградить личность человека путем уменьшения глубины контактов. Во-вторых, культурные различия людей затрудняют взаимопонимание и общение, в то время как установление универсальных правил призвано облегчить общение, нивелипѵя кѵлътѵрньте различия. В-третьих, разделение и кооперация труда требуют точного определения доли участия каждого в сов- Мп«тн^ і деятельности, независимо от его способностей и настроения. Функционирование организации возможно лишь при четком нормировании поведения ее членов. Личность горожанина как бы «расслаивается» на ролевую оболочку и глубинное основание, на действующее в конкретной ситуации лицо и культурную основу личности. Формализации подвергается содержание роли, культурная же основа обнаруживается в личном общении и в способе «проигрывания» ролей»,9. Далее автор отмечает, что потребность в психологическом, эм о

10 циональном контакте удовлетворяется у горожанина в семье, в крѵгѵ друзей. Итак, с одной стороны, анонимность, безличность, поверхностность. автоматизм контактов, расщепление говорящего на роли, с д р у г о й стороны, индивидуальность, глѵбина (часто устойчивость) контактов, позволяющие проявиться человеку полно и открыто самовыразиться в своей речи. Это характерные черты речевого существования современного горожанина. Автоматизм общения в городе, однако, не всеобщая черта. Можно услышать тормозящее тта секунды движение очереди обращение «милая девѵшка» в устах старого интеллигента. Кто-то шѵтит, кто-то выоажает сочувствие продавцу. Горожанин устает от безличности и автоматизма контактов, в случаях, когда темп коммуникации не страдает, ищет 11 собакам). У горожанина большие внегородские контакты: служебные, в том числе в командировках, во время отдыха (многие отдыхают в домах отдыха, санаториях и других местах); в разных городах контакты с жителями деревни у горожан, видимо, неоднородны. Горожанин должен владеть несколькими языковыми подсистемами, образованный горожанин обычно владеет несколькими стилями речи или по крайней мере их ясно дифференцирует. Те группы горожан, которые не владеют активно формами литературного языка, но постоянно на него ориентируются в своей речи, оценивают его как престижную форму, усваивают отдельные элементы. Уровень владения разными стилями, объем стилистической компетентности горожан разных социальных групп, однако, еще совсем не изучен. Высокие темпы общения, стереотипность его оказывают и отрицательное воздействие на культуру речи современного горож а нина. Формы деловой речи часто сводятся к заполнению бланков, списыванию образцов (автобиография, характеристика, листки по учету кадров, многочисленные справки). Устной речью в публичной форме также владют не все это обязательное требование лишь к администраторам и общественным работникам (всем известен статус записных ораторов), хотя, разумеется, ж анр выступления на собрании доступен многим. Значим ли для описания языка города компонент «содержание коммуникаций»? Этот вопрос нов для лингвистов. Начнем с самых простых ответов. Составляя вопросник для изучения лексики и номинации в городе, мы должны избрать тематические области, актуальные именно для города. Эти вопросники, несомненно, в большой мере будут отличаться от тех, которые адресованы сельским жителям. Очевидно, что есть специфически городские объекты номинации, есть области содержания, имеющие особую структуру и более глубокую внутреннюю дифференциацию в городе. Например, членение пространства в городе более сложно, чем в деревне (улицы, переулки, магистрали, тупики, площади, кварталы, районы, микрорайоны и т. п.), качественно иной характер носят отношения «городской среды» с природной средой, ландшафтом (часто тоже в значительной мере рукотворным). Сложность социально-экономической жизни города, принимающего на себя и надгородекме функции (государственного, республиканского, регионального значения), отражается в развитии этой сферы содержания. Языковые формы, которые избираются как средства вы раж е ния соответствующих тем, в большой мере предопределяются ф ормами коммуникации. Так, несомненно, что массовая ком м уникация стимулирует развитие систем имен собственных (ср. систему городской топонимии, названия на вывесках). И м я собственное экономно сочетает в себе способность к индивидуализации предмета и его системной классификации и, главное, обладает им перативной обязательностью для всего круга людей, которым нуж но

12 отождествить объект. Так создается успешность коммуникации в неопределенном по количеству, меняющемся по составу кругу людей. На выбор языковых форм в городе большое влияние оказывает социальная значимость, частотность, стандартность ситуаций, тр е бующих обозначения. В условиях массовой коммуникации такие ситуации приобретают стереотипные средства выражения. Итак, к области содержания можно отнести вопросы: о чем говорят, что называют, как часто говорят и, наконец, какова коммуникативная направленность речи (сообщение, вопрос, побуждение), какой функции языка (например, по Р. О. Якобсону) служ ит язык: отражению действительности (референция), обращенности к адресату (контакт), экспрессии самовыражения говорящего (оценка), эстетической цели. Рассмотрим для примера городские надписи. Их главная функция референционная (информативная), эстетическая может ей сопутствовать. Реклама на улице, плакаты, надписи-предостережения, многие объявления от руки служат цели воздействия и часто имеют императивную форму: По газонам не ходить!; Осторожно!; Все на выборы!; Летайте самолетами Аэрофлота!; «Сниму комнату. » Экспрессивную функцию выполняют лозунги со словом «слава», выкрики «Браво!» в театре. Содержание жизни горожанина, образ жизни, сложный мир его коммуникации формируют определенную психологию, взгляд на мир, систему ценностей. В цитированной статье А. В. Б аранова содержатся интересные наблюдения над особенностями восприятия времени и пространства у горожанина, отличающими его от крестьянина. «Мир стал казаться теснее, расстояния меньше в силу того, что путь стал легче и короче во времени»21. Горожанин говорит о расстоянии не «3 километра», а «10 минут на автобусе». Язык города отражает этот особый взгляд на мир. Подведем некоторые итоги. Изучение языка города в целом принадлежит к области социолингвистики, так как исходное понятие «город» социально по своей природе. Лингвистическое изучение города поэтому должно опираться на всю совокупность социологических характеристик города как целого и характеристики компонентов его сложной структуры. Строго говоря, описанию языка города должно предшествовать его социологическое описание с элементами его истории. Должны быть учтены состав и структура населения, образ жизни и занятия людей, структура коммуникации. Важным направлением исследований является полное изучение всех форм функционирования языка в городе: массовой и личной коммуникации; устных и письменных средств ее во взаимодействии с невербальными средствами и в связи с этим членения языка города как социально-коммуникативной системы (отношение компонентов языка города к основным составляющим национального языка).

13 Лингвогеографический подход расширяет задачи анализа, вводя новый признак сопоставления (при этом большее внимание уделяется значению городов в территориальном членении русского языка, т. е. отношениям языка города к его окружению, к его региону). Изучение территориальных различий позволит расширить знания о территориальном многообразии языковых форм (в частности, одной из целей коллективной работы должно стать собирание лексики русского языка). Из чего должен складываться фонд материалов о языке города? Очевидно, что одной из основных его частей должна стать фонотека с образцами речи жителей города разных возрастных и социальных групп, в которых будут представлены разные жанры и ситуации речи. В первую очередь нужно стремиться записать речь потомственных жителей города, приложить усилия, чтобы найти в гуще говорящих ярко одаренных в речевом отношении людей, сохранить образцы местного красноречия (публичного, например судебного, и бытового). Другая часть фонда картотека, отражающая стереотипы, городскую номинацию, словарь, материалы к грамматическому и фонетическому описанию. Структуру словарной картотеки и форму фиксации примеров предстой:1 еще выработать. В ней должны быть учтены разные социальные, территориальные, стилистические характеристики. Очевидно, что все местные слова, не зафиксированные в 17-томном академическом словаре русского литературного языка, должны быть выделены и получить пометы, относящиеся к области их функционирования (общеупотребительные, профессиональные, жаргонные, устаревшие-редкие, сниженные и т. д.) 22. Необходимо проследить влияние временного фактора: употребление слов в разных возрастных группах, появление новых слов, забывание старых (напомним слова «ковбойка», «батник», бывшие у всех на устах и уходящие из употребления и из памяти; одно время в Москве называли зарешеченные огородки для арбузов словом «зверинец», теперь этого слова не слышно). Стоит понаблюдать, что такое «слова сезона», к какой сфере они относятся: предметной, оценочной или иной, каковы ходячие шутки и способы шутить, «острые словца». Что есть общего и своеобразного в разных городах в этом отношении? Оказывается, бывает мода д а же на словообразовательные модели. Лингвистические работы отразили изобилие образований по модели типа «внушабельный» в разговорной речи интеллигентов; по нашим наблюдениям, их количество сейчас резко сократилось. Временные границы нужно особенно тщательно учитывать при изучении быстро меняющихся форм речи, например студенческих жаргонов. Мы уже обращали внимание на важность изучения сохранности историзмов и ар х а измов в речи старшего поколения, в специальных сферах, например в топонимике.

14 В фонд материалов, очевидно, должны входить и разные письменные источники, относящиеся к массовой и личной коммуникации, произведения уроженцев города писателей и поэтов. П РИМ ЕЧА НИ Я 1 Ларин Б. А. О лингвистическом изучении языка города // Русская речь. А., Вып. 3. С. 62. (Н овая сер.). 2 Там же. С Ларин Б. А. К лингвистической характеристике города: (несколько предпосылок) И Изв. Ленингр. гос. пед. ин-та им. А. И. Герцена. Л., Вып. 1. С См. широко известный цикл работ «Русская разговорная речь», а также: Городское просторечие. Проблемы изучения. М., 1984; Баранникова Л. И. К проблеме соотношения русского литературного языка и общенародного койне // Типы наддиалектных форм языка. М., См.: Гельгардт Р. Р. Литературный язык в географической проекции// Вопр. языкознания См.: Русский язык и советское общество: Фонетика современного русского литературного языка. М., См.: Альмухамедова 3. М. Вокализм русских говоров Подказанья по некоторым экспериментальным данным: Автореф. дис. канд. филол. наук. К а зань, 1963; Тулина Т. А. Особенности произношения русских согласных у лиц, владеющих русским и украинским языками // Развитие фонетики современного русского языка. М., 1966; Парикова Н. Б. О южнорусском варианте литературной речи // Там же; Чуркина К. И. Эволюция произносительных норм в речи интеллигенции: Автореф. канд. филол. наук. Новосибирск, См., напр.: Чернышев В. И. Как говорят в Петербурге/ / Голос и речь JVffi 1, 2. 9 См.: Способы номинации в современном русском языке. М., См., напр.: Ерофеева Т. И. Локальная окрашенность литературной разговорной речи. Пермь, См.: Высокций С. С. О московском народном говоре // Городское просторечие См.: R u o ff А. Grundlagen und Methoden der Untersuchung gesprochener Sprache. Tübingen: Max Nimeier Verlag, Гутнов A. Э. Город как объект системного исследования // Системные исследования, М., С Неверов С. В. Об истоках теории языкового существования/ / Историкофилологические исследования. М., С Об этом см.: Неверов С. В. «Языковое существование» и методы его изучения/ / Народы Азии и Африки JST«6; Конрад Н. И. О языковом существовании II Японский лингвистический сб. М., О типологии новых городов см.: Смоляр И. М. Новые города. М., См.: Костинский Ю. М. Иерихон футбольных трибун/ / Рус. речь О городских стереотипах см.: Русская разговорная речь: Тексты. М., Баранов А. В. Человек в городе/ / Духовное становление человека. Л., С См.: Социально-культурные функции города и пространственная среда. М., С * Баранов А. В. Человек в городе. С Ср. опыт анализа пермской лексики в указанной выше книге Т. И. Ерофеевой.

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Оцените автора
( Пока оценок нет )
Как переводится?
Adblock
detector