Язык в представлении в фон гумбольдта

Взгляды В. фон Гумбольдта на язык

Введение

Вильгельм фон Гумбольдт (1767-1835) был одним из крупнейших лингвистов-теоретиков. По поводу его роли в языкознании В. А. Звегинцев писал: «Выдвинув оригинальную концепцию природы языка и подняв ряд фундаментальных проблем, которые в настоящее время находятся в центре оживленных дискуссий, он, подобно непокоренной горной вершине, возвышается над теми высотами, которых удалось достичь другим исследователям» [3, с. 357].

Ему принадлежат труды по философии, эстетике, литературоведению, юридическим наукам. В историю лингвистики Вильгельм Гумбольдт вошел как языковед-теоретик. Основные работы: «О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития» (1820), «О возникновении грамматических форм и их влиянии на развитие идей», «О языке кави на острове Ява», «О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человечества» (опубликована в 1848 году).

В свойствах языка Гумбольдт видел много противоречий, которые он формулирует в виде антиномий, являющихся основным стимулом для развития языка. Язык как целое состоит из противоречащих друг другу понятий, которые определяют характер языка.

Цель данной работы: описать антиномии языка, выделенные В. фон Гумбольдтом.

1. Определить взгляды В. Гумбольдта на язык.

2. Дать понятие антиномии.

3. Описать антиномии языка в лингвистической концепции В. Гумбольдта.

При работе мы опирались на исследования В. М. Алпатова, Т. А. Амировой, Б. А. Ольховикова, В. А. Звегинцева, Г. В. Рамишвили и др.

Взгляды В. фон Гумбольдта на язык

Время, когда работал Вильгельм фон Гумбольдт, было периодом расцвета немецкой классической философии. Ученый находился под влиянием работ Ф. Шеллинга, И. Канта, И. Фихте, Г. Гегеля.

Определяя сущность языка, Гумбольдт отмечал, что языкознание не решит ни одного вопроса, если оно не поднимется до понимания языка как деятельности духа. Первичное и непреодолимое для Гумбольдта понятие – «человеческая духовная сила», конкретно проявляющаяся в виде «духа народа». Признав «дух народа» в качестве причины языкового разнообразия, Гумбольдт говорит, что язык развивается по законам духа: «…язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо тождественное». Язык не отделим от человеческой культуры и представляет ее важнейший компонент.

По мнению В. Гумбольдта, по сравнению с другими видами культуры наименее связан с сознанием. Идея о бессознательном развитии языка и невозможности вмешательства в него получила развитие у многих лингвистов.

Понимая язык как деятельность, В. фон Гумбольдт подчеркивает не только динамизм языка, но и его активность, которая проявляется в воздействии его как социального явления на индивида.

Человек не может ни мыслить, ни развиваться без языка: «Язык есть орган, образующий мысль». Такой подход к взаимоотношению языка и мышления в течение долгого времени оставался самым влиятельным в языкознании.

Язык, согласно В. фон Гумбольдту, состоит из материи (субстанции) и формы. Именно форма, а не играющая лишь вспомогательную роль материя составляет суть языка. Форму мы видим на любом уровне языка: и в области звуков, и в грамматике, и в лексике. Форма каждого языка отдельна и неповторима, но формы разных языков имеют те или иные сходства. В связи с внутренней формой языка В. фон Гумбольдт затрагивает проблему, которая позже стала трактоваться как различие значения и смысла слова.

Гумбольдт одним из первых лингвистов обосновал системный характер языка. Задачу языкознания он видел в изучении каждого отдельного языка в его внутренних связях и отношениях, т.к. своеобразие природы целого выявляется через отношение его составляющих.

В истории языков В. Гумбольдт выделяет три этапа. Первый этап – период происхождения языков. Второй этап связан со становлением языков, формированием их структуры. Третий и последний этап языковой истории начинается с момента, когда язык достиг» предела законченности организации». Язык уже не развивается, но и не деградирует. Гумбольдт указывает на коллективный характер языка, он принадлежит всегда целому народу. Сравнение языков на этапе их совершенствования – это типология, а сравнение языков на этапе их совершенствования – это прежде всего сопоставление мировидений, картин мира, создаваемых с помощью языков. Эта проблема стала актуальной в лингвистике в последние десятилетия.

В целом, лингвистическая концепция Гумбольдта «знаменует собой качественно новый этап в развитии языкознания. Владея в совершенстве, как, пожалуй, никто другой до него или после него, всем известным в его время эмпирическим материалом, относящимся к многочисленным языкам и культурам, Гумбольдт впервые в истории развития знаний о языке смог построить достаточно стройную и цельную лингвистическую систему, отражающую внутреннее строение языка, его связи с духовной и умственной жизнью народа, его культурой, указать будущим поколениям ученых основные пути проникновения в бесконечно сложные механизмы языковой, интеллектуально-духовной и культурно-исторической деятельности человека» [2, с. 99].

Источник

Раскройте представления В. фон Гумбольдта о деятельностном характере языка.

ГУМБОЛЬДТИАНСТВО, система лингвофилософских воззрений, сформировавшаяся под непосредственным влиянием идей В. фон Гумбольдта. Языковая философия и лингвистическая теория Гумбольдта – несомненно, одна из самых влиятельных лингвофилософских концепций 19 в. С известными оговорками гумбольдтианство может быть охарактеризовано как приложение некоторых идей И.Канта к проблемам языка.

Одна из наиболее ярких черт языковой философии Гумбольдта – идея связи между языком и национальным характером. Эта идея, воспринимающаяся сегодня как достаточно смелая и нуждающаяся в серьезном эмпирическом обосновании, была в эпоху романтизма скорее общим местом (ср., например, труды И.Г.Гердера). В этой части своей концепции Гумбольдт (вопреки тому, что часто утверждается сегодня) был вряд ли по-настоящему оригинален. Оригинальность гумбольдтианства видится прежде всего в следующих положениях.

Язык представляет собой не столько готовый продукт (Ergon), сколько деятельность (Energeia). Иными словами, язык не хранится где-то в готовом виде как инструмент общения независимо от говорящих на нем людей. Язык постоянно порождается в процессе его использования. Это положение не отменяет возможности описывать язык как систему знаков; необходимо, однако, помнить, что такое описание будет заведомо неполным, оно не в состоянии объяснить ряд значимых свойств естественного языка, например языковые изменения. Гумбольдт характеризовал язык как «постоянную работу духа», понимая под духом (Geist), в соответствии с философской терминологией своего времени, не некую мистическую сущность (что неоднократно утверждалось его интерпретаторами), а скорее то, что сегодня могло бы быть названо когнитивной способностью. Постулат о деятельностном характере языка оказал существенное влияние на лингвопсихологические концепции Г.Штейнталя и В.Вундта.

С первым положением связана идея единства языка и мышления. Подчеркивая деятельностный характер языка, Гумбольдт предостерегал против наивного подхода к соотношению мысли и ее языкового выражения. Язык – это не средство «упаковки» готовых мыслей, возникающих в сознании говорящего «вне и до языка», для передачи их слушающему. В свою очередь, деятельность слушающего, пытающегося понять смысл сообщения, не сводится к его «распаковке». Модель коммуникации, предполагающая обмен «упакованными» мыслями, перебрасываемыми от говорящего к слушающему наподобие теннисных мячей, может оказаться полезной для решения определенных прикладных задач, но имеет мало общего с реальными процессами языкового общения. На самом деле работа мысли изначально «отягощена» языком. Говорящий строит свое высказывание, не столько облекая готовую мысль в языковую форму, сколько выстраивая мысль с помощью языка. Воспринимая это сообщение, слушающий не «распаковывает» чужие мысли, а, говоря современным языком, активизирует соответствующие концептуальные структуры в своем сознании. Причем эти концептуальные структуры никогда не могут быть тождественны концептуальным структурам отправителя информации.

Из положения о единстве языка и мышления естественным образом вытекает положение об активной роли конкретных языков в формировании модели мира, или «языкового мировидения» (sprachliche Weltansicht), как называл его Гумбольдт. Если язык изначально принимает участие в зарождении мысли, мысль не может быть свободна от соответствующего языкового выражения. Поскольку каждый язык концептуализирует мир своим неповторимым образом (ср. ниже о внутренней форме), мысли, сформулированные на разных языках, не могут быть полностью тождественными. Следует подчеркнуть, что из этого положения не следует невозможность принципиального понимания между людьми, говорящими и думающими на разных языках, или непереводимость высказываний с одного языка на другой. Гумбольдт подчеркивал, что подобно тому, как индивидуальные, субъективные языковые особенности «снимаются» в национальном языке, принципиально едином для всех говорящих на нем людей, так и особенности национальных языков «снимаются субъективностью человечества». Различные модели мира, зафиксированные в конкретных языках, – это не столько разные сущности, сколько различные способы и пути, на которых осуществляется «превращение мира в мысли». Представляется, что именно в этом смысле следует интерпретировать знаменитое высказывание Гумбольдта: «Язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное».

Положения о единстве языка и мышления и об активной роли языка в процессе «превращения мира в мысли» непосредственно связаны с понятием внутренней формы языка (innere Sprachform). Учение о внутренней форме представляется наиболее оригинальным компонентом лингвофилософской концепции Гумбольдта. Как это нередко бывает с фундаментальными положениями гуманитарных концепций, понятие внутренней формы не получило явного определения ни в одной из работ Гумбольдта, что явилось причиной неясности статуса этого понятия в лингвистической теории. Г.Штейнталь интерпретирует внутреннюю форму как психологический феномен – как «взаимосвязь между звуком и созерцанием посредством звучания». На ранних исторических этапах развития языка эта взаимосвязь, по Штейнталю, мотивирует языковые формы, позднее она может утрачиваться. Тогда внешняя форма лишается мотивационной поддержки. Большинство исследователей, которых можно с той или иной степенью условности отнести к «гумбольдтианцам», практически отождествляют понятия внутренней формы и модели мира (ср. работы Г. фон дер Габеленца, 1840–1893, Ф.Н.Финка, 1867–1910, К.Фосслера). В русской лингвистической традиции утвердилось понимание внутренней формы, восходящее к работам представителей Харьковской школы, прежде всего А.А.Потебни, который (под влиянием идей Г.Штейнталя) определяет внутреннюю формы как «отношение содержания мысли к сознанию». Внутренняя форма «показывает, как представляется человеку его собственная мысль». Такая интерпретация внутренней формы, основанная на этимологии отдельных слов (характерно, что Потебня, в отличие от Гумбольдта, говорит о внутренней форме слова – его ближайшем этимологическом значении, – а не о внутренней форме языка), оказалась весьма полезной категорией для исследования семантики образных единиц языка, но вряд ли соответствует содержанию гумбольдтовской категории. Заметим, что и Г.Г.Шпет, представляющий совершенно иную научную парадигму, в своей известной работе 1927 сводит понятие внутренней формы языка к внутренней форме слова. Судя по имеющимся указаниям Гумбольдта, прочитанным в соответствующем теоретическом контексте, внутренняя форма языка понималась им как противопоставляемая внешней, звуковой форме концептуально-структурная модель, лежащая в основе грамматики данного языка и организации его лексико-семантической системы. Именно внутренняя форма делает каждый язык уникальным в том смысле, что значимыми являются не столько различия в акустическо-графическом облике языковых выражений, сколько различия в их глубинном устройстве, т.е. в грамматическом строе каждого языка и зафиксированной в нем модели мира.

Гумбольдтинство представляет собой одну из немногих лингвофилософских теорий прошлого, которая продолжает оказывать влияние на современные подходы к исследованию языка. С одной стороны, гумбольдтианские традиции были продолжены в 20 в. в рамках неогумбольдтианских подходов (см. НЕОГУМБОЛЬДТИАНСТВО) с другой – в виде развития отдельных положений и идей, высказанных Гумбольдтом и нашедших применение в самых различных областях лингвистики – от генеративной грамматики Н.Хомского до когнитивной теории метафоры Дж.Лакоффа и М.Джонсона.

Источник

Философская концепция о языке В. фон Гумбольдта

Тема 3 Вильгельм фон Гумбольдт –основоположник общего языкознания

ПЛАН ТЕМЫ · Философская концепция о языке В. фон Гумбольдта. · Неогумбольдтианство. · Гипотеза «лингвистической относительности» Сепира-Уорфа.

Основоположником общего языкознания по праву считают выдающегося немецкого ученого Вильгельма фон Гумбольдта (1767–1835). Датский языковед В. Томсен характеризовал В. фон Гумбольдта как «величайшего» человека Германии. Он отмечал широчайшую эрудицию ученого, в особенности в области знания языков и постановки масштабных проблем (В. Томсен, 1938, с. 69-70).

Вильгельм фон Гумбольдт разработал общую теорию языка – он заложил основы исторического изучения языков. Гумбольдт был разносторонне и блестяще образованным человеком. Круг его интересов был широким: языкознание, философия, литературоведение, государственное право, поэзия (цикл его сонетов высоко оценили современники), политическая деятельность (он был дипломатическим представителем Германии в Риме и Вене, сыграл одну из первых ролей на Венском конгрессе 1814–1815 гг., определив дальнейшее устройство Европы после разгрома Наполеона).

В. Гумбольдт был выдающимся полиглотом: знал санскрит, древнегреческий, латинский, литовский, английский, французский, итальянский, испанский, древнеегипетский, китайский, японский и другие языки. Лингвистикой он начал заниматься, выйдя в отставку, обнаружив при этом необычайно широкий круг лингвистических интересов от баскского до туземных языков Америки – в одном направлении, до китайского и малайско-полинезийского – в другом. Одним из первых он исследовал коренные языки Южной и Северной Америки, языки Индонезии и Полинезии. В. Гумбольдт (вместе с братом Александром) был основателем Берлинского университета, позже стал его академиком.

Что же подготовило становление общего языкознания? Каковы историко-культурные предпосылки возникновения лингвистической концепции В. Гумбольдта?

Следует отметить три переворота в представлениях европейцев о языке, осуществившихся ко времени Гумбольдта:

1) эпоха Гумбольдта – это время философских грамматик, в которых, помимо практических описаний, появились объяснения, почему язык устроен так, а не иначе;

2) еще в XVII в. во Франции была издана «Грамматика Пор-Рояля», в которой была высказана идея сравнения языков – появились сопоставительные грамматики; подробнее

(В 1660 г. в Париже появилась книга, на обложке которой не были указаны фамилии авторов, а длинное название начиналось «Общая рациональная грамматика…». Однако современники хорошо знали, что её авторами были известный специалист по логике Антуан Арно и учитель иностранных языков Клод Лансло – оба из кружка передовых учёных при монастыре Пор-Рояль в окрестностях Парижа. В историю науки труд вошёл под названием «Грамматика Пор-Рояля». Он быстро стал широко известен, часто переиздавался и служил образцом для других грамматик. Потом популярность книги упала, долгое время её бранили, не читая, и только в 60-х гг. ХХ в. открыли заново и сейчас снова издают на многих языках (В.М. Алпатов, 1998, с. 617).)

3) в целом, XVIII в. для европейцев был веком истории, когда усилился интерес к прошлому, сложилась историческая наука, появились историческое законоведение, историческое искусствоведение, возникали первые исторические грамматики. Если до этого язык рассматривался как нечто по сути своей неизменное, то теперь возобладало представление о языке как живом, постоянно меняющемся явлении.

XVIII столетие не дало лингвистике выдающихся теоретических работ, но именно тогда был поставлен вопрос о том, как языки возникли и достигли современного уровня развития. Большинство гипотез о происхождении и развитии языка было сформулировано именно в эту эпоху. Письменные памятники стали исследовать не как источник сведений о «правильном» языке, а как материал о путях развития и изменения языка. На рубеже XVIII–XIX вв. окончательно сформировалась идея о языковом родстве и языковых семьях. В XVIII в. значительно расширились познания о ранее неизвестных языках. Эти факты и идеи дали ученым возможность на новом уровне разработать теорию языка. Особенно серьезно этим вопросом занимались языковеды Германии, которая в XIX в. стала центром мирового языкознания (как и многих других наук).

Философская концепция науки о языке В. фон Гумбольдта содержит основополагающие моменты: решение проблемы соотношения языка и мышления; изложение понятия системности языка; обоснование социальной сущности языка; описание внутренней и внешней форм существования языка; понимание языка как деятельности – языковой способности.

В. фон Гумбольдт первым увидел, что язык не сводится ни к логическому мышлению, ни к копированию мира. Учёный считал: мир по-разному отражается в различных языках, сравните:

в языке филиппинцев существует 80 слов (!) для названия риса;

у народов Севера есть много наименований для обозначения снега;

в русском языке, например, различают действия плавать и купаться, тогда как в армянском языке эти действия не различаются – они обозначены одним глаголом и это закономерно, поскольку Армения – маловодная страна, плавать там практически негде.

В. фон Гумбольдт одним из первых стал подчеркивать идею связи и взаимопроникновения языка и мышления, поскольку язык развивается только в обществе: «Человек только тогда способен к развитию своих духовных сил, когда своё мышление ясно и чётко ставит в связь с общественным мышлением. ».

Выдающийся немецкий лингвист в 1820 г. сформулировал понятие системности языка: «Для того чтобы человек мог понять хотя бы одно единственное слово не просто как душевное побуждение, а как членораздельный звук, обозначающий понятие, весь язык полностью и во всех своих связях уже должен быть заложен в нём». В. Гумбольдт отмечал: в языке нет ничего единичного, каждый отдельный его элемент проявляет себя лишь как часть целого. По Гумбольдту, язык не конгломерат отдельных фактов, а чёткая система с определенным строением, связями; язык – это ткань, в которой все нити переплетены. Идея о том, что язык представляет собой целостную систему, получила своё развитие лишь веком позже (её обосновал швейцарский языковед Фердинанд де Соссюр (1857–1913).

Указывая, что язык индивидуален, поскольку присущ человеку, В. Гумбольдт отмечал, что язык ещё и социален, поскольку принадлежит народу. «Язык не является произвольным творением отдельного человека, а принадлежит всегда целому народу; позднейшие поколения получают его от поколений предыдущих. В результате того, что в нём смешиваются, очищаются, преображаются способы представления всех возрастов, каждого пола, сословия, характера и духовного различия данного племени, в результате того, что народы обмениваются словами и языками, создавая, в конечном счёте, человеческий род в целом, – язык становится великим средством преобразования субъективного в объективное, переходя от всегда ограниченного индивидуального к всеобъемлющему бытию» (В. Гумбольдт, 1984, с. 318). Социальную сущность языка немецкий языковед понимал особым образом: «Язык – это мир, лежащий между миром внешних явлений и внутренним миром человека». Мысль о преобразовании действительности в мир языка была революционным открытием В. Гумбольдта, предвосхитившим идеи психолингвистики XX столетия (в частности, Л.С. Выготского, А.Р. Лурии).

http://www.yantarid.ru/mishlenie_i_rech.htm Взаимосвязь мышления и речи (на основе трудов известного советского психолога Л.С. Выготского): «Мысль не выражается в слове, но совершается в нём. Можно было бы поэтому говорить о становлении (единстве бытия и небытия) мысли в слове».

Интересны мысли В. фон Гумбольдта о формах языкавнешней (звуки, грамматические формы) и внутренней, отражающей духовный мир народа и его историю через специфику образования представлений и понятий в словах и грамматических формах (категориях). Ученый приводит пример с обозначением одного предмета (слона) через разные понятия: в санскрите было три обозначения слона – «двузубый» (наличие бивней), «однорукий» (наличие хобота), «дважды пьющий» (слон сначала берёт воду хоботом, потом отправляет её в рот) см. об этом: (А.Т. Хроленко, В.Д. Бондалетов, 2006, с. 39).

Внутреннюю формуязыков В. фон Гумбольдт сравнивал с человеческими лицами: вглядываясь в них, «живо чувствуешь их различия и сходство, но никакие измерения и описания каждой черты в отдельности, без их связи не дают возможности сформулировать их своеобразие в едином понятии». Таким образом, внутренняя форма – это сугубо индивидуальный способ, посредством которого народ выражает в языке мысли и чувства.

Именно внутренняя форма (innere Sprachform) членит мир, воспринимаемый человеком, упорядочивает мысли и чувства, создаёт языковые картины мира. Она проявляется как в лексическом членении мира (например, у африканцев есть огромное количество слов, обозначающих банан, у арабов – верблюда), так и в системе грамматических категорий. В. Гумбольдт считал, что система наклонений в древнегреческом языке получила полное развитие, тогда как в санскрите осталась недоразвитой. Подобный подход к языку, учитывающий его тесное единство с сознанием и мышлением, культурой и духовной жизнью человека, носит название антропологического (от греч. anthropos – человек и logos – учение). Научные воззрения В. фон Гумбольдта сформировались в свете идей немецкой классической философии И. Канта, Г. Гегеля, теоретиков искусства просвещения И.В. Гёте, И.Ф. Шиллера и др.

Заслугой немецкого языковеда является понимание языка как деятельности, между тем как в его время язык рассматривали как застывший продукт, результат человеческой деятельности. Согласно философской концепции В. фон Гумбольдта, творческий характер языка несовместим с традиционным представлением о языке как множестве слов, записанных в словарях, и множестве правил, заключенных в грамматиках.

Ученый писал: «Расчленение языка на слова и правила – это лишь мертвый продукт научного анализа». В. фон Гумбольдту принадлежит и знаменитое определение языка: «Язык есть не продукт деятельности, а деятельность. Язык представляет собой постоянно возобновляющуюся работу духа, направленную на то, чтобы сделать звук пригодным для выражения мысли». Язык, по Гумбольдту, – живая деятельность человеческого духа, единая энергия народа, исходящая из глубин человеческого существа и пронизывающая собой всё его бытие. Язык есть не окончательное дело или вещь (ergon – «эргон»), а деятельность (energeia – «энергейя»), см. об этом: (В. Гумбольдт, 1984, с. 70).

Гумбольдт заложил понятие языковой способности. Язык, по Гумбольдту, есть сила, делающая человека человеком. Человек, пробуждая в себе свою языковую способность и развертывая её в ходе языкового общения, всякий раз своими собственными усилиями создаёт сам в себе язык. В. фон Гумбольдт считал: усвоение языка детьми – это не ознакомление со словами, не простая закладка их в памяти и не подражательное лепечущее повторение их, а рост языковой способности с годами и упражнением.

В. фон Гумбольдт подчеркивал необходимость «изучения языков в состоянии их развития» и «изучения организмов языков», то есть предвосхитил понятия диахронии и синхронии. Он впервые высказал идею единства путей развития всех языков мира. Гениальный немецкий учёный стоял у истоков генеалогической и типологической классификаций языков мира.

Основным методом описания языка выдающийся немецкий лингвист считал принцип противоречий, или антиномий, к которым относятся: диахронияисинхрония, языки речь, язык и мышление, социальное и индивидуальное в языке, деятельность («энергейя») и предметность («эргон») языка и т.п.

В. фон Гумбольдт сформулировал в форме антиномии неразрешимое противопоставление всеобщего или универсального и индивидуального, специфического, для каждого из языков. Грамматика Пор-Рояля выделяла лишь первую, универсальную часть сопоставляемых языков, истолковывая всё остальное как «отступление» от нормы, неправильность, как своего рода нелогичность. В. Гумбольдт определил, что универсальное в языках – это логико-языковая система, образуемая общими логическими положениями, являющимися и не ло­гическими, и не языковыми.

Указанная Гумбольдтом антиномия разрешается введением двух видов грамматик – логической и реальной. Реальная – это грамматика конкретного языка; она делится на частную и общую. Частная – должна заниматься соотношением категорий конкретного языка с логическими категориями, а общая – должна указывать на то, какие из этих логических категорий встречаются в других языках мира. См. подробнее: (А.Т. Хроленко, В.Д. Бондалетов, 2006, с. 39-40).

В. Гумбольдт высказал положение, согласно которому «отношение человека к предметам целиком обусловлено языком, как бы замыкающим человека в некий волшебный круг: каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, из предметов которого можно выйти только в том случае, если вступить в другой круг». Учёный считал, что «изучение иностранного языка можно было бы уподобить приобретению новой точки зрения в прежнем миропонимании». Таким образом, не отрицая универсальности человеческого мышления, немецкий языковед полагал, что представления человека о мире зависят от того, на каком языке он мыслит. Эти мысли В. фон Гумбольдта оказались наиболее спорными и плодотворными одновременно.

Подводя итоги философской концепции языка В. Гумбольдта, определим суть его теоретико-методологической программы:

1) диалектический подход к явлениям языка (антиномичная трактовка природы языка);

2) системно-целостный взгляд на язык;

3) попытка представить в идеальном плане общую тенденцию развития языков;

4) признание единства языка и мышления. Язык существует только в материальной звуковой форме. Нет мышления без языка;

5) приоритет изучения живой речи над описанием языкового организма;

6) отказ от описания языка только изнутри самого, сопоставление языка с другими видами духовной деятельности, прежде всего с искусством;

7) сочетание философско-отвлеченного взгляда на язык со скрупулёзно-научным подходом к его изучению.

Идейное влияние В. Гумбольдта на языкознание XIX в. шло по многим направлениям (историко-сравнительному, социологическому, логическому, психологическому, типоло­гическому и др.). По этим же направлениям оно продолжалось и в XX в., давая не только новые разветвления, но и вполне самостоятельные отрасли знаний – этнолингвистику (неогумбольдтианство), структурализм, современную логическую лингвистику и генеративную лингвистику, когнитологию и лингвистику дискурса. Лингвистическая концепция В. фон Гумбольдта оказала глубокое воздействие на таких видных лингвистов, как Август Шлейхер (сравнительно-историческое языкознание), Александр Афанасьевич Потебня (учение о внутренней форме слова), Иван Александрович Бодуэн де Куртенэ (социальность человеческой речи)

Дата добавления: 2014-10-17 ; Просмотров: 4797 ; Нарушение авторских прав?

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Оцените автора
( Пока оценок нет )
Как переводится?
Adblock
detector